January 22nd, 2017

самурай

Фумио Кисида хочет скорейшего проведения саммита Японии и США

Фумио Кисида хочет скорейшего проведения саммита Японии и СШАМинистр иностранных дел Японии Фумио Кисида сказал, что хочет организовать встречу между японским премьер-министром Синдзо Абэ и президентом США до встречи Дональда Трампа с лидерами других ведущих держав. В воскресенье Кисида выступил перед журналистами в Токио. Кисида коснулся обещания Трампа вывести США из соглашения о свободной торговле под эгидой Транс-Тихоокеанского партнерства. Японский министр иностранных дел дал понять, что он объяснит новой администрации США важность этого пакта и попросит проявить понимание. Как сказал Кисида, на протяжении всего послевоенного периода США выигрывали от экономических систем, базирующихся на свободной и честной торговле. Он сказал, что свободная торговля является движущей силой роста мира и каждой страны. Кисида также подчеркнул необходимость улучшения связи и отношений доверия с новой администрацией США.
самурай

Китайские корабли совершили заход в территориальные воды Японии

Три китайских патрульных корабля совершили в воскресенье заход в территориальные воды Японии в районе островов Сэнкаку в Восточно-Китайском море. Управление береговой охраны Японии сообщило, что китайские корабли совершили заход примерно в 7 часов 30 минут утра вблизи острова Кубасима. Они находились в японских территориальных водах около трех с половиной часов перед выходом из них в зону, прилегающую к территориальным водам. Воскресенье стало третьим днем в этом году, когда китайские патрульные корабли заходили в территориальные воды Японии вблизи островов Сэнкаку. Предыдущий заход был сделан 8 января. Острова Сэнкаку находятся под контролем Японии. Правительство страны придерживается позиции, согласно которой эти острова являются неотъемлемой частью Японии. Свои притязания на них выдвигают Китай и Тайвань.
самурай

В Японии вспыхнул нефтеперерабатывающий завод...

В Японии вспыхнул нефтеперерабатывающий заводВ Японии на нефтеперерабатывающем заводе в городе Оита в префектуре Вакаяма произошел крупны пожар, передает канал NHK. Возгорание завода по переработке нефтепродуктов в Городе Арида случилось сегодня около 16.00 по здешнему времени (10.00 по московскому времени). По предварительной информации, зажегся контейнер со смазочными материалами. В связи с этим, как отмечает печатное издание, здешние власти издали приказ об эвакуации из района, в котором располагается предприятие, 2986 человек. В частности, сообщается, что на ликвидации пожара работают cотрудники экстренных служб и пожарные. Звуков взрыва слышно не было.В Японии загорелся нефтеперерабатывающий завод
Анатолий Булавин

Японская традиция очищения водой души и тела в токийском храме Канда Мёдзин (Kanda Myojin)...

Традиции очищения водой, присутствуют в разных культурах, в том числе и в Японии. В токийском синтоистском святилище Канда прошла церемония омовения.


Среди последователей синтоизма, старой религии японцев, обряд обливания (хараи) известен с глубокой древности. Эта процедура немного схожа с православной. Прихожане раздеваются до нижнего белья и от души предаются омовению. Но есть и отличия.

Чтобы вода была холодной, в бассейны кладут льдины.
[Нажмите, чтобы прочитать и посмотреть фотографии дальше...]В японской религиозной церемонии священнослужители обрызгивают верующих солёной водой, а еще обсыпают их солью. Как и православные, стихию воды синтоисты связывают не только с телесным, но и духовным очищением. Еще адепты синтоизма считают, что обливание водой поможет добиться милости и защиты не только богов, но и предков. А главное правило последователей древней религии - это жить в согласии с окружающим миром.

Церемония очищения в храме Канда Мёдзин посвящена Новому году. Храм Канда Мёдзин построен 1270 лет назад. Перед тем как обливаться водой, участники читают Священное Писание для синтоистской религии. Из одежды разрешены шорты или набедренные повязки для мужчин. У японцев этот ритуал считается очищающим в Новом году. Японцы считают, что в начале года необходимо смыть старую грязь, вместе с которой уйдут ошибки и неудачи прошлого года. Ритуал обливания ледяной водой на выносливость проходит в храме ежегодно. Принимать такого рода ванны для теплолюбивых японцев дело не простое.

Канда Мёдзин — синтоистский храм, где поклоняются трём ками-сама (божествам): Дайкокутэн, Эбису и Тайра-но Масакадо. От благосклонности первых двух ками зависит успех в бизнесе. Считается, что Дайкокутэн и Эбису покровительствуют торговцами. Предприниматели регулярно посещают храм помолиться за успехи в бизнесе. Третий ками-сама, Тайра-но Масакадо — японский военный, после серии удачных сражений объявивший себя Синно (Новым императором). С мятежником власть расправилась, Масакадо был убит, но позже самурая стали почитать за божество.
самурай

Вчера прошёл Международный день объятий...

21 января во всем мире отмечается один из самых необычных праздников — Международный день объятий (International Hug Day). Он был основан в США в 1986 году под названием Национального дня объятий (National Hugging Day), а затем стремительно распространился по всему миру. Согласно традиции праздника, заключить в дружеские объятия в этот день можно даже незнакомого человека. Несмотря на молодой возраст этого праздника, сегодня трудно найти его автора: неизвестно, кому впервые в голову пришла такая идея «тесного» празднования 21 января, и почему выбрана именно эта дата. Считается, что инициаторами праздника являются студенты.[Нажмите, чтобы прочитать дальше...]Именно в этот день парни и девушки заключали в свои объятия друг друга безо всякой интимной подоплеки. Кстати, именно они в последние годы проводятся 21 января различные флешмобы, посвященные данному празднику. По своеобразной легенде, во время дружеского объятия люди обмениваются душевным теплом. Важно также отметить, что есть еще один День объятий, который отмечается ежегодно 4 декабря, он ведет свою историю с 70-х годов 20 века. Но январский более известен, а потому и отмечается более широко. Этот праздник, по всей вероятности, выдумали студенты (Фото: Maksim Shmeljov, Shutterstock) Психологи считают, что люди, которые стремятся заключить вас в объятия, хотят испытать чувство безопасности, комфорта и любви. А объятия сопровождают нас на протяжении всей жизни. Мы обнимаем друзей и родных при встрече, после разлуки, обнимаем друг друга, чтобы выразить свою радость и благодарность. Приятно то, что празднование 21 января не потребует никаких материальных затрат. Вам стоит лишь щедро наградить своим теплом всех, кого посчитаете нужным. Поздравляя с праздником, подарите своим близким и любимым людям объятия в знак теплого отношения к ним, напомнив тем самым о своих искренних теплых чувствах
самурай

Японские традиции. Мико - служительницы синтоистских храмов...

В Японии христианские монахини в книгах, фильмах и аниме изображаются преимущественно молодыми и привлекательными девушками, без всякого аскетизма, который чужд японцам, и обета безбрачия. Европейские монахини почему-то чаще всего похожи на японских служанок в синтоистких храмах. Такие девушки в Стране Восходящего солнца называются мико (miko), но назвать их монахинями было бы неправильно. Мико носят белое хаори и ярко-красную юбку, они очень привлекательны и должны быть незамужними, а раньше - девственницами. Сейчас часто мико подрабатывают студентки из колледжа и вопрос о девственности никто уже давно не ставит. Эти служительницы храмов принимают участие в синто-ритуалах, являются помощниками японнских священников каннуси, помогают им в проведении храмовых обрядов и осуществлении брачных церемоний, исполняют ритуальные танцы, занимаются гаданиями-омикудзи и просто поддерживают чистоту и порядок в храмах. В манге и аниме мико обычно изображаются, как привлекательные, но чопорные девочки, защищающие людей от злых духов, демонов и призраков. Они обычно владеют каким-нибудь боевым искусством с применением традиционного японского оружия, а также пользуются магией, чаще всего о-фуда.
Считается, что этноним мико означает девушка-шаманка. В Древней Японии мико вводили себя в транс ритуальной пляской кагура (Kagura), которая должна была привлечь внимание божеств ками, после чего ками входили в тело шаманки. В таком состоянии мико совершали предсказания от имени богов, лечили болезни, давали советы политическим деятелям. Ритуальный танец сохранился, но сакральный смысл ушел. Сейчас это строгое церемониальное действо, исполняемое под музыку флейты фуэ и струнного щипкового инструмента кото. Ритм танцу задаётся постукиванием специальных дощечек сякубёси. Раньше мико имели большое влияние на элиту правящего класса, в период Нара (710-794 гг) и Хэйан (794-1185) правительственные чиновники пытались контролировать практику мико. Иногда официально запрещался ввод в транс. Во время периода Камакура (1185-1333) мико нищенствовали, приходилось подрабатывать проституцией. В период Мэйдзи (1868-1912) практика шаманских ритуалов была поставлена вне закона.
[Нажмите, чтобы прочитать и посмотреть фото дальше...]
В современном японском языке слово мико не несёт мистического смысла и просто обозначает храмовую служительницу. Девушки всего лишь служат при храме, помогая священнику, от них не требуется аскетической жизни или принятия обетов безбрачия. Традиционное одеяние мико состоит из белой рубахи с широкими рукавами, которая в длину обычно достаёт до пят. Такая одежда, которая выглядит как кимоно, называется хаори. Ниже куртки девушки надевают красные хакама, которые являются длинными брюками или длинными красными слегка плиссированными юбками, такие брюки-юбки носили самураи в период Эдо. Еще мико носят обычные сандалии с белыми ремешками и таби - высокие носки с отделённым большим пальцем. Волосы девушки украшают белыми или красными лентами. В синтоизме белый цвет символизирует чистоту. Традиционные инструменты мико включают azusayumi (музыкальный инструмент из дерева катальпа), tamagushi (ветвь из бумаги васи, шелка или хлопка), gehōbako (что-то сверхестественное, включая куклы и человеческие черепа), четки, колокольчики, барабаны, свечи и миски риса.
Анатолий самурай

Японские традиции. Самураи - воины-профессионалы феодальных кланов...

Звание самурая в средневековой Японии было наследственным. Сын, как правило, шёл по стопам отца, становясь воином-профессионалом, представителем сословия военно-служилого дворянства, и оставался в том феодальном клане, членом которого был его родитель. Поэтому в самурайских семьях особое внимание уделялось воспитанию подрастающего поколения уже с раннего детства в духе бусидо. Основной задачей наставников молодого буси была выработка в нём того комплекса особенностей, которые считались необходимыми в профессии самурая, т.е. воспитание человека физически сильного, владеющего в полной мере военным искусством, вооружённого знанием моральных принципов господствующего класса.
Сын самурая с самого рождения окружался исключительной заботой. Он являлся продолжателем рода, хранителем и наследником его традиций. Он имел право совершать религиозные обряды по отправлению культа предков. (Согласно синто и конфуцианскому учению исполнять обряды и возносить благодарность духам предков, «успокаивая» этим их души, могли только мужчины.) Исходя из этого, рождение ребёнка мужского пола в японской семье считалось праздником. С особым вниманием относились к первому сыну, так как он по закону уже с момента рождения считался наследником дома, всего состояния семьи и имени самурая. Кроме того, сын наследовал землю или рисовый паёк, за который служил у феодала его отец.
[Нажмите, чтобы прочитать и посмотреть дальше...]Поэтому, если самурай без наследника в семье (в 1615 г. самураям было разрешено усыновление наследников из среды их родственников, носящих то же родовое имя) почему-либо не мог взять себе наложницу или если последней не удавалось родить ему сына, феодал конфисковывал у буси его надел и лишал родового имени. Это означало, что самурай терял место в социальной структуре и становился ронином. Такая мера часто практиковалась феодалами при первых сёгунах Токугава ввиду того, что земля находилась под их непосредственным контролем. В период между временами Кэнтё (1601) и Кэинан (1651) около 60 феодальных семей потеряли по этой причине свои феоды.
В первые дни после появления ребёнка на свет в дом самурая приходили родственники, приносившие мальчику подарки, среди которых были два веера изогнутой формы, рассматривавшиеся как предвестники двух мечей воина и как символ храбрости.

Через несколько лет сын воина получал один или два (в зависимости от ранга отца) маленьких игрушечных меча, вырезанных из дерева. Это приучало юного самурая любить своё оружие — мечи, принадлежность сословия воинов.
Развивать в детях самураев военный дух и почитание воинской доблести (сёбу) были призваны ежегодные праздники мальчиков — «танго-но сэкку», отмечаемые в пятый день пятого месяца по лунному календарю и получившие затем большое распространение в период Эдо. («Танго-но сэкку» является одним из традиционных японских праздников, который празднуется повсеместно в Японии и в настоящее время). Во время праздника мальчиков выставляли в доме искусно изготовленные миниатюрные доспехи, надетые иногда на специально изготовленных для этой цели кукол (кабуто-нингё), мечи, луки и стрелы, знамёна, стараясь тем самым воспитать в будущем самурае воинственность, уважение и благоговейное отношение к военному снаряжению и к самому ремеслу самурая. Играть такими мечами и доспехами детям запрещалось, на них можно было только смотреть, так как демонстрация игрушек приравнивалась к самурайской практике показа мечей и доспехов. Непременным аксессуаром на празднике мальчиков были коинобори — изображение карпов, сделанные из цветной ткани или бумаги и поднимавшиеся на бамбуковых шестах над каждым домом, где жили один или больше мальчиков. (Число вывешиваемых карпов соответствовало числу мальчиков в семье). Карпы были предназначены для той же цели, что и игрушечное вооружение. Они символизировали «мужественную добродетель», которая подразумевала «военную добродетель». В Японии карпы и доныне считаются самураями среди рыб. Их рассматривают как символ энергии, храбрости и непреклонной твёрдости. Детям воинов внушали, что от них требуется такое же упорство в достижении цели, какое показывает карп, преодолевая бурные потоки, такой же стоицизм и бесстрашие, какие «проявляет», по словам самураев, эта рыба на столе повара, не уклоняясь и не вздрагивая от удара ножа. Возможно, что именно эти «качества» карпа обусловили появление его амулетов в храме бога войны Хатимана.

Самурайская молодёжь приобщалась к профессии воина также во время праздников в честь побед над айнами и в других битвах эпохи средневековья, когда выставляли и носили по городу самурайское снаряжение, демонстрировали искусство буси и рассказывали повести о героизме (гундан). Значительное влияние оказывало конфуцианство. По одному из его принципов, дети должны были относиться к родителям с почтением и уважением, дорожить ими, любить их, не противодействовать их воле, не причинять им огорчения и беспокойства даже в том случае, если «родители по влечениям своим были дурными людьми и относились дурно к детям».
В бусидо такое отношение детей к родителям опосредовалось принципом гири, обусловливавшим почитание возраста (уважение родителей и старших вообще) и объяснявшим такие поступки, как жертвование собой ради родителей.

Тщательное домашнее воспитание детей подразумевало чтение им нравоучительных историй из книг конфуцианского характера. Такого рода назидательные рассказы служили руководством к практическому действию, являлись своеобразными сводами моральных правил. Так, в одном из подобных рассказов говорилось о том, как мальчик лёг в стужу на лёд замёрзшей реки, чтобы растопить его теплом своего тела и достать рыбы для своей мачехи; в другом — как мальчик спал ночью, ничем не прикрывшись, чтобы отвлечь москитов от родителей на себя.

Однако конечной целью воспитания в ребёнке чувства сыновнего долга (оякоко) были не только уважение и любовь к родителям и старшим, проявляемые в деле. Высшим пунктом морального обучения самурайской молодёжи в духе учения Конфуция являлась выработка верности государю, который также рассматривался как отец воина. Сыновний долг, таким образом, служил как бы основой верноподданичества и приравнивался к верности вассала сюзерену. В качестве примера можно привести высказывание об обязанностях вассала одного из правителей токугавской Японии князя Мито Мицукуни (1628-1700). Он говорил: «Если виновным (в государственной измене) является ваш отец, я не склоню вас к измене ему; поступить так — значило бы погрешить против справедливости (гири). Сыновняя любовь и верность суть одинаковые добродетели, поэтому вы лично должны знать, как поступить в подобном случае, я представляю решение подобного вопроса вашей совести».

Не меньшим уважением, чем отец, пользовался учитель молодого самурая. Авторитет наставника был очень высок, его приказы выполнялись беспрекословно. Популярное изречение гласило: «Родитель тот, кто произвёл меня на свет, учитель тот, кто делает меня человеком». В другой поговорке сказано: «Твой отец и мать подобны Небу и Земле, твой учитель и господин — солнцу и луне». Духовная услуга учителя (часто священника) в воспитании считалась неоценимой. За воспитание человека нельзя было дать материальное вознаграждение, так как нельзя измерить неосязаемое и неизмеримое, за него следовало бесконечно почитать и превозносить своего учителя.

Обучение в семье и наставления учителя были двумя основными факторами, фундаментом в воспитании молодёжи сословия самураев, формировавшими идеал воина, основанный на мифических сказаниях, буддийском безразличии к смерти, конфуцианском культе сыновней почтительности и чисто японской основе — верности своему феодалу. Семья и наставник прежде всего заботились о становлении характера подростка, вырабатывали отвагу и мужество, выносливость и терпение.

Будущих самураев старались растить бесстрашными и смелыми, другими словами, развивали в них качества, которые считались в среде самураев самыми главными добродетелями, при которых воин мог пренебречь своей собственной жизнью ради жизни другого, особенно жизни своего покровителя и господина. Такой характер развивался чтением рассказов и историй о храбрости и воинственности легендарных героев, знаменитых военачальников и самураев, просмотром театральных представлений. Нередко отец приказывал будущему воину для развития смелости отправляться ночью на кладбище или место, известное своей дурной славой (где «водилась» нечистая сила, духи и т.д.). Практиковалось посещение мальчиками публичных наказаний и казней, а также ночной осмотр отрубленных голов преступников, на которых сын самурая должен был оставить свой знак, доказывающий, что молодой буси действительно приходил на указанное ему место.
Чтобы развить у молодёжи терпение и выносливость, сыновей воинов заставляли исполнять непосильно тяжёлые работы, проводить ночи без сна (во время праздников богов учения), ходить босиком зимой, рано вставать и т.д. Ненамеренное же лишение пищи считалось полезным.

Мальчики и девочки воспитывались в умении контролировать свои действия, воздерживаться от выражения своих чувств восклицаниями, от стонов и слёз. «Что ты плачешь от таких пустяков, трусишка? — говорила мать плачущему сыну. — Что ты будешь делать, если тебе отрубят в битве руку или тебе придётся сделать харакири?» С самого раннего детства детям буси прививали чувство чести и стыда, учили быть правдивыми и дисциплинированными. Такое воспитание вырабатывало хладнокровие, спокойствие и присутствие духа, помогало самураям не терять ясности ума при самых серьёзных испытаниях.

Воспитание самураев
От самурайского юношества требовали систематически тренироваться, чтобы овладеть военным искусством, быть всесторонне подготовленным для пользования оружием, физически сильным и ловким. Молодые самураи должны были в совершенстве владеть приёмами фехтования (на мечах и алебардах), стрелять из лука, знать дзю-дзюцу, уметь обращаться с копьём, ездить верхом (для юношей из самурайских семей высокого ранга), обладать знанием тактики. В каждом клане, при дворе каждого феодала для этой цели были устроены великолепные фехтовальные залы, площадки для стрельбы из лука и гимнастических упражнений, манежи, где преподавали лучшие знатоки своего дела под непосредственным руководством самого феодала. Обучение в этих клановых школах начиналось обычно с восьми лет и продолжалось до 15. Педагогические требования бусидо добавляли к овладению военными искусствами ещё и изучение литературы, истории, каллиграфии и т.д. Однако самураи останавливали своё внимание на посторонних военному делу дисциплинах лишь постольку, поскольку это касалось профессии воина и могло быть полезно в военной практике. Специальные школы, в которых преподавались классическая китайская литература, изящные искусства и т.д., считавшиеся необходимым аксессуаром поместья феодала скорее из приличия, как подражание императорскому двору в Киото, где император находился в почётной ссылке, презирались самураями и ни в коем случае не были уважаемы, а лишь терпимы. В этих школах можно было увидеть детей, не способных к овладению самурайскими военными науками, болезненных и слабых, просто физических уродов или же людей, добровольно отрешившихся от мира насилия. Насмехаясь и презирая таких учащихся, самураи говорили: «Занятия науками — это жалкий удел изнеженных женоподобных царедворцев Киото, слабое здоровье которых не позволяет им пользоваться своими мускулами и лишает их приятной возможности упражняться в благородном искусстве самураев».

Тем не менее именно из этой среды вышли многие национальные мыслители, знаменитые поэты, писатели и прославленные художники эпохи японского средневековья.
В 15 лет воспитание молодого самурая считалось законченным. Он получал настоящие боевые мечи, с которыми не должен был расставаться всю жизнь; девушке вручался короткий кинжал — принадлежность каждой женщины сословия воинов. Юноша переходил в новую возрастную группу — общество взрослых. Совершеннолетие сопровождалось и другими иниционными действиями, называвшимися гэмбуку, или гэнпуку. Во время обряда половой зрелости иницианту, по древнему обычаю, впервые делали причёску самурая — сакаяки: сбривали волосы у лба и завязывали на макушке узел волос (мотодори). Юноше надевали специальный высокий головной убор — эбоси, приспособленный для ношения мотодори. Человек, который во время церемонии надевал на голову молодого буси эбоси, назывался «усироми», т.е. опекун, или эбоси-оя (букв. «родитель по головному убору»). В Японии обряд инициации был распространён как среди аристократии, так и простого народа со времён древности. Начиная с периода Нара (710 — 794) юноши аристократических семей церемониально инициировались по ритуалу, определённому влиянием китайских обычаев. Этот обряд назывался «уи-кобури», или «какан» (какан-но сики — «первое ношение короны»). В связи с гэмбуку самурай облачался впервые в одежду взрослого человека; в её комплект входили широкие шаровары (хакама), похожие на юбку и являвшиеся особым отличием сословия воинов. Их первое торжественное одевание было семейным праздником и связывалось с посещением храма божества — покровителя рода совершеннолетнего.

В состав инициационных действий входили получение взрослого имени, церемониальное сожительство со своей невестой (хода-авасэ), испытание силы самурая и т.д. Опекуном подвергавшегося гэмбуку обычно просили стать сильного и могущественного феодала, чему самураи придавали очень большое значение и что рассматривалось как принятие обоюдных обязательств сеньора и буси.  Получив оружие и пройдя обряд инициации, молодой самурай обретал свободу и независимость в действиях, был преисполнен чувства самоуважения и ответственности. Он становился полноправным членом своего сословия.
Само собой разумеется, что, будучи профессиональными воинами, самураи должны были основное внимание уделять военному ремеслу и признавать только его единственным занятием, достойным «благородного» человека, т.е. буси. Весь комплекс того, что культивировал в себе каждый самурай, все духовные и физические способности были подчинены в конечном счёте единственному и главному моменту — овладению военным мастерством, без которого было бы бессмысленным само понятие «самурай». От степени военной и физической подготовленности самурая зависело высшее требование, предъявляемое каждому воину: умение бороться (с оружием или без оружия) с противником и побеждать его. Это обусловило то, что, готовя себя к основному в жизни — войне, буси постоянно совершенствовали искусство воина и физическую подготовку уже с раннего детства, упражняясь во владении оружием, воспитывая телесную и духовную твёрдость, храбрость и решительность.
Отличительной особенностью всех японских видов военных искусств (бугэй) являлось то, что основной акцент при овладении ими делался прежде всего на нравственно-моральную сторону и развитие «духовных способностей самурая», т.е. психической уравновешенности воина, а затем уже на формирование физически развитой личности. Моральное содержание таких дисциплин, как кэндо, кю-до и т.д., показывается иероглифом, который в сочетании с другими звучал как «до», являясь основой этих слов, говорящей о нравственном принципе и имеющей также глубокую связь с религиозными аспектами жизни военного сословия. Моральный принцип в военных тренировках японских воинов был обусловлен учением Конфуция. В Конфуцианстве «до» рассматривалось как определённая этическая категория. Что же касается религиозного аспекта, то основой сделать была непосредственная связь «до» с дзен-буддизмом.

Познание «до» («правильного истинного пути», или «правды») считалось главным в фехтовании, стрельбе из лука, борьбе без оружия, плавании и т.д. (где оно являлось как бы образующим идеалом самурая, достижение которого означало в философском смысле познание самого себя), необходимым для гармонического развития индивидуума. Восточная философская традиция часто называет «до» «путём», обладающим жизнедарящими силами, испускающим лучи света, подобно солнцу. В этом плане «до» идентично понятию «дао», трактуемому в философии и эстетике Китая как вечная и неотъемлемая первопричина всего существующего духовного и материального и отождествляемому объективным идеализмом с источником вещей и явлений мира, с «путём» природы. В соответствии с этим теоретики военных искусств считали, что «до» как первичная субстанция может однократно пробуждать в человеке «ценное» явление, понимаемое лишь инстинктивно, мистически, что позволяет индивидууму становится причастным цели «великого учения». В военных искусствах самураев «до» носило характер образующего идеала и начала, без которых эти искусства были невозможны. Целью и сутью борьбы было достижение и соприкосновение каждого воина с «до», т.е. слияние единичного и целого. Другими словами, «до» должно было помочь самураю найти «единичное бытиё во всём», «войти в соприкосновение с божественным (божеством), уловить его присутствие, увидеть его существование. Это согласуется с дзеновскими положениями об «изначальной природе Будды», присутствующей во всём (живом и неодушевлённом), которая постигается человеком посредством сатори, обретения нирваны на земле, среди живых.

Таким образом, самурай, познавая «до», должен был достичь военного мастерства, соприкасающегося с «истинным путём», и «войти в совершенную гармонию с природой», с которой человек составляет неразделимое целое. Преобладающее значение имела внутренняя подготовка воина, на что обращалось больше внимания, чем на напряжение внешних физических сил самурая. Решающим фактором в деле выработки силы духа была медитация. При помощи дзадзен — духовной основы военно-спортивного образования самураев, призванной, по выражениям толкователей дзен-буддизма, помочь в достижении гармонии с «отрицательным ничто», воины должны были развить у себя психически уравновешенное состояние для исполнения своих основных, военных функций, а также для не менее важного дела — тренировок в фехтовании, стрельбе и т.д., которые в свою очередь выступали как репетиции собственно боевых действий. Это было состояние «повышенной готовности», которое ни в коем случае не означало «малодушной сонливости».
Несмотря на ряд чисто мистических элементов, медитация по системе дзен имела и рациональное зерно. Прежде всего это касается постановки правильного дыхания, что крайне необходимо при любых физических упражнениях. Перед тренировочным боем самураи обычно принимали позы, характерные для дзен-буддийских монахов, приготовившихся к созерцанию, и старались дышать глубоко и равномерно. Это заранее готовило органы дыхания к физической работе и содействовало дальнейшему ритмическому функционированию лёгких во время самой схватки с противником, когда резко возрастала потребность организма в кислороде.

Преимущественное духовное напряжение, способствовавшее развитию самообладания, хладнокровия и трезвости мысли при всех упражнениях, однако, не означало что в военных искусствах самураев физический фактор (сила и выносливость) рассматривался как несущественный. Являясь вторым образующим элементом в военных дисциплинах, физическое воспитание требовало от воина кропотливого оттачивания техники, развития физической силы, выносливости, выработки почти инстинктивной феноменальной реакции и координации движений. Всё это достигалось в результате каждодневных и многочасовых тренировок.
Анатолий самурай

Япония. Реконструкция приемов ружейного боя самураев в токийском храме Мэйдзи.

/Фото-видео репортаж Анатолия Булавина/
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
Современную Японию невозможно представить без периода Мейдзи, а о периоде Мейдзи невозможно рассказывать, не упоминая императора Мейдзи (3 ноября 1852 — 30 июля 1912, 122-й император Японии).
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры (Bunka-no Hi) совпадает с днем его рождения. День «Празднования Мейдзи», установленый в 1927 году и отмечаемый ежегодно, символизировал празднование дня рождения императора Мейдзи.

В 1948 году день под таким названием был упразднен, и «Законом о национальных праздниках» был учрежден «День культуры». Идейный смысл нового праздника был определен тем же законом: «Любить свободу и мир, содействовать развитию культуры».
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме МэйдзиТаким образом, имя императора Мейдзи исчезло из названия праздника, но, несомненно, что именно в период Мейдзи в Японии свершилась «культурная революция».
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры — это и всенародный выходной день, позволяющий японцам провести время с пользой для ума и души.
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
Многие музеи, выставочные залы и картинные галереи предоставляют посетителям возможность бесплатно насладиться культурными ценностями.

Традиционно в День культуры вручаются награды и премии за заслуги в литературе, поэзии, живописи. День культуры сегодня невозможен без фестивалей культуры, проводимых в университетах по всей Японии.
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
Прекрасная культурная традиция! И, конечно, в День культуры на улицах, в парках, исторических местах Японии можно не спеша полюбоваться женщинами и девушками в национальной одежде — кимоно. Женщина в кимоно — это многовековая культурная традиция Японии, на которую не влияет ни течение времени, ни изменчивость современного мира.

[Нажмите, чтобы прочитать и посмотреть фотографии дальше...]День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме МэйдзиВ токийском парке Йойоги находится самый популярный синтоистский храм Токио - Мэйдзи Дзингу. Решение о создании в столице Японии этого святилища было принято вскоре после кончины императора Мэйдзи (1852–1912) и его супруги, императрицы Сёкэн (1850–1914). Святилище — не только дань памяти императору Мэйдзи. Сюда приходят тысячи людей со своими молитвами. Мейдзи-дзингу не просто храм, связанный с императорской фамилией, это огромный храмовый комплекс.
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме МэйдзиХризантема – символ императорской власти Японии и не случайно именно в этом храме, прославляющем одного из хозяев «хризантемового трона» (как называют в Стране восходящего солнца императоров), проводится всеяпонский конкурс хризантем. Мейдзи-дзингу один из популярнейших «свадебных» храмов в стране. Взгляните, как проходит празднование Дня Культуры на территории храма Мэйдзи в парке Йойоги.
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме МэйдзиДень культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи
День культуры (Bunka-no Hi) Японии в храме Мэйдзи